Первый выстрел разрывает утреннюю тишину, когда над полигоном ещё висит туман. За серой пеленой едва различимы мишени, тёмная полоса леса и фигуры военнослужащих. Середина октября. На ещё зелёной траве блестят капли, под ботинками пружинит размокшая земля. Ветер забирается под воротник, заставляя плотнее застегнуть куртку.
У края учебного поля инструктор, младший сержант с позывным «Ладога», проверяет, все ли прибыли на занятие из пункта временной дислокации. Один из военнослужащих поправляет перекосившийся ремень. Другой, присев, затягивает шнуровку ботинка. Командир не торопит: до начала ещё несколько минут, но к рубежу каждый должен выйти готовым.
«На занятиях мелочей нет, – говорит инструктор. – Если что-то мешает сейчас, дальше само не исправится».
У него спокойный голос и привычка смотреть собеседнику прямо в глаза. Даже команды он подаёт без лишней резкости.