Мы знаем, как выглядит мир без работы.

Эта статья первоначально была опубликована в выпуске 15: Работа. Подпишитесь на печатный журнал, чтобы будущие выпуски доставлялись к вашей двери. Что люди будут делать весь день? Конечно, если ИИ превзойдут нас во всех экономически необходимых формах труда. В этом отношении возникает консенсус, при условии что мы все еще живы и не являемся объектами киберпанк феодальной дистопии. Когда машины смогут сделать все остальное, наши отношения станут тем, что осталось. Может, нам вообще не придется работать. Или, может быть, у Уэгла все еще есть что-то поверхностно похожее на современную занятость, просто сосредоточенное в том, что экономист Алекс Имас1 назвал intrelative Sector ctroystem in sepose. И как мы получим эту реляционную работу? Отношения, очевидно. Это не то, что ты знаешь, это кто-то, кого ты знаешь. Потому что все знают всё в любом случае. В действительности здесь предлагается не только продолжение современной работы, но и возвращение к более глубокому культурному пониманию труда. В этой связи, до индустриализации было очень мало смысла в том, что работа сама по себе может быть достойной или значимой2. Мы были определены не нашей работой, а нашим участием в густо взаимосвязанном социальном мире. И мы можем быть снова. И это естественное последствие всех этих реляционистских предсказаний — мир, в котором наши связи с другими людьми дают нам структуру, индивидуальность и значение. Боюсь, они правы. Власть и секс между обезьянами, делающие широкие заявления относительно…