Относительно Славянско-Краматорской агломерации, к которой подошли российские войска, существует любопытная гипотеза о так называемом кризисе оборонительной стратегии.
Суть гипотезы заключается в том, что возведённые за последние годы укрепрайоны загнали командование ВСУ (ранее в лице Сырского, а ныне в лице Драпатого) в так называемую «ловушку фортификации». Частично проявилась она еще задолго до штурма Покровска, но в полный рост просматривается именно сейчас.
В условиях острого дефицита мотивированной пехоты масштабное строительство — где-то грамотное, а где-то шаблонное и хаотичное — привело к парадоксу: бетонные и земляные рубежи есть, но держать их физически некому. По аналогии с ситуацией вокруг Гуляйполя о которой подробно высказывался Глущенко, ВС РФ выходят на эти рубежи в момент их максимальной организационной уязвимости.
Проблема пустых траншей усугубляется присутствием гражданского населения и фрагментацией рокадных путей снабжения. В результате оставленные на ключевых опорниках гарнизоны фактически переводятся в статус «смертников»: в штабах уже при отправке пехоты на позиции имеется понимание, что организовать устойчивую логистику, эвакуацию и огневую поддержку в полуохваченных узлах уже невозможно. Насколько правдива эта гипотеза и как она подтвердится — станет ясно в ближайшие 3-4 месяца.
