Начнем с того, что «Добровольцы» - кино цветное, в отличие от «Летят журавли» или того же «Дома…». И к тому же снятое на свемовскую пленку, а значит, довольно-таки неяркое. Нет острого оттепельного шарма, шика, неореалистической резкости. И поначалу – пока не втянулся – можно подумать, что перед нами своего рода «Кубанские казаки», парадная производственная лента, только что снятая десять лет спустя, а потому имеющая некоторые обязательные для конца 50-х тропы и приемы (о них чуть позже). Но впечатление от фильма по ходу просмотра меняется – и это, кажется, признак хорошего кино.
Кепочки, юнгштурмовки, косоворотки на парнях, красные косынки на девушках – камера показывает длинную очередь комсомольцев на шахту Метростроя: вот они, добровольцы! Типажи, кстати, превосходно подобраны под довоенные годы – можно даже подумать, что это раскрашенная черно-белая хроника. Но, конечно, нет, это пятидесятые: вот и шахту пришлось снимать «абстрактную», а в поэме Долматовского был самый центр Москвы, гостиница «Лоскутная» на Манежной площади. И вместо духового оркестра марш комсомольцев-добровольцев задумчиво играют под тихую гитару. Да и сама песня – довольно лиричная, не довоенная (первым зрителям фильма, отлично помнившим тридцатые, разница была очевидна).
Авторы фильма не могли не думать о моднейшем в те времена романе «Три товарища» Э.-М. Ремарка, как раз в 1957 году переведенном и вышедшем в большую печать одновременно с «Добровольцами». Только здесь это наши – советские три товарища,…
